БОРТОВОЙ ЖУРНАЛ: ТУНИС

Под Moby – Extreme ways (тема Бонда) мчусь на тунисском поезде, который больше похож на товарняк, чем на человечий. Шарму добавляет тот факт, что места мне не хватило, впрочем, как и сотням другим, поэтому я сижу в тамбуре на своей сумке. 

Рядом парочка военных, стильные местные мачо в abiba, шахид и "куколка"(так я нежно называю закутанных женщин). Из соседнего вагона на меня призывно поглядывает воротила с ирокезом и сигаретой в зубах: то ли хочет понравиться, то ли угорает над иностранкой, которая путешествует тунисскими железными дорогами с шиком заправского бомжа.

Мне казалось, что такие поезда – проделки Кураж Бомбея, ан нет: за окнами реальные дома, мечети, люди, а ещё вполне себе реальные +42.

Когда я здесь, мои мысли как-то масштабируются. На заднем плане верхушки гор во всех оттенках голубого и зеленого, на переднем – бесконечные поля мусора, многие кучи загораются на палящем солнце и апокалиптично дымятся. 

Обетованная земля, которую предали, которую не любили, но над которой всё равно каждый день встаёт солнце.

В наушниках "сколько ещё детей заберет она, не твоя война?", и я так счастлива быть дома

Часть меня всегда будет жить здесь.

RAILWAYS

История поездатая.

Идеальная память – великое несчастье. Для нее все события имеют одинаковую ценность. Я, как и любой человек обладающий такой памятью, не могу отличить интересного факта от неинтересного. Повествуя о чем-нибудь, я обязательно загромождаю свой рассказ скучными подробностями и невыносимо всем надоедаю.

Многие думают, что я – это "что-то там с иностранными языками", а я на самом деле социолог (экономический, что, вроде как, несколько облагораживает).

Никогда не думала, что я вспомню это, потому что у меня была социология буквально всего (даже, мать его, спорта). Был у меня такой предмет – "социология профессий", о чем там я не скажу, но на выходе надо было написать доклад о какой-нибудь профессии. И я написала про машиниста. Здесь, наверное, никто и не удивился, потому что моя дипломная работа была вообще про... подхалимаж (с кафедрой у нас была полная взаимность в нашей нелюбви). 

В голову мне из доклада про машиниста запал один факт: за карьеру он обязательно убивает несколько человек. 

Сегодня я, спустя несколько лет, случайно познакомилась с машинистом. Он пришел ко мне на урок (а я продолжаю их чуть ли не по ночам давать, из любви к искусству), и я спросила: вы кого-нибудь когда-нибудь сбивали? 

..Я ехал на грузовом, и на рельсах была она, девчонка.. Никогда не забуду, как она обернулась и улыбнулась. Дёрнулась влево, вправо, но куда там. И её снесло.  

Тормозной путь полтора километра, её взгляд. Наверное, несчастная любовь: из телефона на рельсах играло "даже через сто лет все девчонки любят целоваться", а наушники с ней улетели, наверное.

Ты, машинист, не переживай: скоро ты забудешь обо всем, и всё, в свою очередь, забудет о тебе.

Москва, Курский вокзал, июнь.

МАНИФЕСТ

  


Я люблю встречать рассвет в самолёте, и особенная магия заключается в том, что восемьсот километров в час – достаточная скорость для того, чтобы он длился в несколько раз дольше обычного.
Самый темный час всегда перед рассветом, рассветов всегда на один больше, чем закатов.
Никогда до этого я не видела Кемерово под крылом, и никогда до этого ни один вид не казался мне настолько знакомым. Странно, но оказываясь в городе, где я прожила семнадцать лет, я совершенно не понимаю, где и что находится: пространство распалось на архипелаг островков памяти, которые никак не желают объединяться в единое целое.
Я здесь была, но меня здесь не было.
Мой дом никогда не казался мне таким маленьким, а улицы такими узкими, словно кто-то уменьшил масштаб вдвое.
Когда я говорю «мой дом», я откровенно лукавлю. Ниточки в канате нашей связи с треском лопались, одна за одной, пока не порвалась последняя: не осталось ни тепла, ни чувства защищенности, не осталось никаких чувств. Недавно у меня спросили, где мой дом. Теперь я знаю, мой дом – у меня в голове. Я построила нерушимую крепость, поселилась в ней и живу.
Каждый раз на трассе М53 я открываю блокнот и пишу, я уже, наверное, могу издать книгу с одноименным названием. О том, как это больно, когда выбрасывают мои зубные щетки, и о том, как я всегда храню чужие. Выбросить зубную щетку – словно маленькое убийство, большое предательство. Если мы – корабли, то зубные щетки – наши якоря. Даже если воды уже полные трюмы, пока есть щётка, ещё есть шанс.
Когда уже не веришь в Алые Паруса, но верить во что-то всё ещё хочется, начинается Поиск. Если ты ни во что не веришь, за тобой никто не будет идти, магнит полюс минус, который может притянуть, но не может удержать. То есть все, кого я любила, уходили, а каждый мой шаг навстречу можно назвать не иначе, как «цугцванг» (когда каждый ход игрока в шахматы лишь усугубляет положение). Раз за разом я никого не пускаю в свою крепость, и, когда её начинают брать штурмом, подвесной мост резко падает, бьёт рыцаря по голове, ров, конец истории. Вот когда я перестану держать оборону, пытаться быть сильнее и лучше, тогда всё точно получится.
А иначе зачем мне всё это, можно жить и в городе, где ловит только радио «Ваня».Упрощать сложно, а усложнять легко. Мне казалось, что залечь на дно и копить силы – самое стратегически верное на данный момент решение. Провести работу над ошибками, больше знаний, больше свежих мыслей, больше усилий и дисциплины.
Но я-то здесь, мы-то здесь и сейчас, а значит сейчас – самое правильное время.Я видела, как в море падал метеоритный поток Персеиды, все желания сбудутся, обязательно, мне так кажется. Быть хорошей частью социального у меня не получилось – чушь.
Мне тяжело открываться людям – чушь. Мне нужно добиться успеха любой ценой – чушь, нужно быть «нормальной» – чушь, никто не может понять меня – чушь.
Нужно доказать, что я достаточно хороша – чушь. Мне всегда нравилось «на веревке кораблик с обидой везу по волнам моих стальных позвонков». К чёрту драматургию, феерия – лучший подарок для сердца и памяти.
Переделаю кораблик в журавлика.2016. Я.

Рождение новой 7и (27.06)

.. и вот уж не думала, что буду плакать. Но расплакалась в ЗАГСе, посмотрела на плачущую маму и как давай рыдать.

Я так рада, что смогла засвидетельствовать ваш союз(в прямом и переносном смыслах), а так же разделить ваши свадебные хлопоты.

Они правда самые искренние и гармоничные, самые подходящие друг другу, самые любящие Наташа и Женя Григорьевы. 

и фото с парковки "Жемчужной плазы", и много фото и подробностей свадьбы позже! 

Last(single) night!

Последняя незамужняя ночь Наташи прошла в мини-отеле "Шампань", что где-то посреди гетто на Автово. Но это совершенно не помешало а)прекрасному интерьеру отеля и б) распитию шампанского на его крыше. Вот всё почти и свершилось. 

сувенир под катом ;)

От меня ушли дети..

 От меня ушли дети. Куда они ушли? Они ушли в своё яркое, жаркое лето, одно из тех лет, по которым так скучаешь, когда становишься старше. Мы провели вместе 13 воскресений, и, благодаря детям, я могу сказать, что ни одно из них я не прожила зря. 
 Ведь на самом деле, я полюбила каждого ребёнка, и после каждой нашей встречи выходила заряженная, словно батарейка дюрасел. 

Жираф, отель, музыка и дети.

Мой небольшой отчет четверг-суббота.

Привет, дорогой читатель! Давно не читались!

Как вы видите, теперь я больше не могу сказать, что я никогда не видела жирафа. С некоторыми усилиями он нашелся в Ленинградском зоопарке, и просто пленил меня: я б этого жирафа обняла :)

Use somebody.

 Когда вчера в половину четвёртого ночи я ответила на звонок, вместо того, чтобы его сбросить, у меня появилась очень интересная тема для размышлений.
 Ещё давно моя подруга, которая живёт в Тунисе, говорила мне "я для всех, и я устала". Тогда я не совсем понимала о чём она говорит, и, наверное, этого нельзя понять- можно только почувствовать. Сейчас у меня белая полоса, и я избавилась(слово-то какое гадкое) от некоторых связей, которые меня обесточивали. Тот факт, что многие воспринимают меня как человека, которому можно позвонить в любое время суток и запросить порцию "верных вопросов", всегда был объектом моей гордости. Я никогда не даю никому ответов, потому что я их не знаю, но я всегда задаю вопросы, с помощью которых можно придти к ответам- самостоятельно. У меня не получается делать этого абстрактно, я всегда пропускаю любой опыт через себя, и сама во многом таким образом разбираюсь. 

 Сейчас, когда всё более и более беспощадно, нужно друг друга щадить. Что меня заряжает, а что- наоборот? Меня заряжают люди, которые задают мне хорошие вопросы в ответ. От всего остального мне хотелось бы.. тишины. И, именно в эти моменты, мой внутренний магнит включается на полюс-плюс, и меня накрывает одна большая человеческая лавина.
 Use somebody. Somebody but me.